• Летопись автоспорта
  • Дождик, дождик, уходи!

    Даррелл Уолтрип

    Даррелл Уолтрип – Autoweek

    Даррелл Уолтрип угрюмо глядел из-под козырька своей бейсболки сквозь туман, окидывая взглядом пейзаж спидвея в Дейтоне. Было очень мокро. Дождь замедлился до моросящего и практически прекратился. Но Уолтрип не мог не заметить больших луж, которые образовались по всему инфилду. Было холодно и, на его вкус, слишком ветрено. Несмотря на то, что это была середина февраля, погода была такой, какой он или любой другой посетитель обычно солнечной Флориды не ожидали в это время года.

    Как и у многих других на трассе в то утро, у Уолтрипа были и другие проблемы. Запланированный старт «Дейтона-500» 1979-го года был всего в паре часов, и ставки на своевременный взмах зеленого флага были огромны.

    «Если гонка не пройдет вовремя, многие люди потеряют много денег», — пробормотал Уолтрип себе и кому-то еще в пределах слышимости.

    Уолтрип должен был стартовать на внешней стороне второго ряда стартового поля, так как выиграл 125-мильную квалификационную гонку ранее. На поул-позиции был Бадди Бейкер, у которого была самая быстрая машина на треке и хороший шанс, как и у Уолтрипа, выиграть свою первую «Дейтону-500». Среди других претендентов были: Ричард Петти, который пытался справиться с худшим спадом его легендарной карьеры; трехкратный чемпион Кейл Ярборо; демон Эй-Джэй Фойт; злющие братья Эллисон, Бобби и Донни; и другие бывшие победители, такие как Дэвид Пирсон и Бенни Парсонс, которых нельзя было сбрасывать со счетов. Сильный состав новичков включал в себя таких, как малоизвестный парень по имени Дейл Эрнхардт, гонщик-янки по имени Джеффри Бодайн, и другие, которые пока не разрекламировали свои имена в гонках Кубка, включая Гарри Ганта и Терри Лабонте.

    На данный момент никто не был уверен, что гонка пройдет так, как планировалось. Конечно, погода была совсем не такой, какой ожидал «Большой Билл» Франс, который порой, казалось, контролировал Мать-Природу с той же легкостью, что и все остальное, что касалось гонок сток-каров. Недалеко от того места, где стоял Уолтрип, «Большой Билл» и его сын Билл-младший размышляли над этой дилеммой. «Большой Билл» официально передал бразды правления созданной его семьей империей НАСКАР своему старшему сыну в 1972 году. Но этот день должен был стать кульминацией другого грандиозного замысла «Большого Билла» в гоночной серии, которую он помог основать в 1948 году, вскоре после того, как он и тридцать пять других мужчин встретились в закопченной комнате в Ebony Bar на верхнем этаже отеля Streamline на шоссе A1A в Дейтона-Бич в декабре 1947 года. Треки, на которых в то время проводились гонки, были разбросаны по всему юго-востоку, и каждый находился под управлением разных промоутеров со своим собственным набором правил для гонок. «Большой Билл» успешно доказывал, что гонки сток-каров отчаянно нуждаются в лидерстве. Он предложил свою кандидатуру и естественно заставил всех остальных в комнате согласиться с этим. Так была сформирован НАСКАР.

    По правде говоря, Билл-младший на самом деле не был Младшим, хотя все так его называли. Официальное имя его отца было Уильям Х. Франс, а он был Уильям Франс. Крупный мужчина в шесть с половиной футов ростом и весом более 210 фунтов, Уильям Х. Франс довольно скоро стал «Большим Биллом», и прозвище приклеилось. Как и многие вещи в НАСКАР, все было не совсем так, как казалось — ни с именами Франсов, ни с их отношениями с точки зрения того, какое влияние один оказал на другого, на всех остальных, и на спорт в 1979 году. Технически, Билл-младший правил бал в качестве президента НАСКАР, а Большой Билл был всего лишь консультантом, хотя он также обладал значительной властью и влиянием не только как родитель и бывший президент НАСКАР, но и как председатель и президент «Интернешнл Спидвей Корпорэйшн», которая построила 2,5-мильный спидвей в Дейтоне под его руководством в 1959 году.

    Двадцать лет спустя, когда отец и сын вместе смотрели на залитое дождем поле всего за несколько часов до того, что должно было стать самой важной гонкой в тридцатилетней истории НАСКАР, они подумали, что это событие не пройдет как планируется. Другие заметили их взволнованные, мучительные выражения. Если бы они посмотрели на «Большого Билла» чуть ближе, они могли бы заметить кое-что еще. Он всем своим видом выражал уверенность.

    «Большой Билл» все еще казался пугающим, когда он хотел или думал, что должен таким казаться, даже в возрасте семидесяти лет. Он ничего не боялся и, конечно, не собирался позволять небольшому дождю испортить свою вечеринку под названием «Дейтона-500». После долгих споров прошлой весной руководители телекомпании CBS согласились транслировать Великую Американскую Гонку в прямом эфире. Это был первый случай, когда телевизионная сеть согласилась транслировать гонку НАСКАР в прямом эфире от начала до конца, но эта сделка была с оговоркой. Телевизионщики заранее хотели получить заверения в том, что отмашка зеленого флага произойдет вовремя, чтобы телепередача могла начаться точно по расписанию и закончиться вовремя. Это было единственное условие.

    «Большой Билл» Франс и его сын гарантировали, что сделают все от них зависящее, чтобы увидеть, как зеленый флаг взмахнет вовремя. Поэтому, когда рано утром 18 февраля 1979 года «Большой Билл» смотрел на трассу сквозь небольшой дождь, он обдумал свое обещание. «Да, — подумал он, — эта гонка пройдет в соответствии с графиком». Он был в этом уверен.

    Уолтрип вспомнил прошлую весну, когда он летел в Лос-Анджелес вместе с популярным гоночным обозревателем Кеном Сквайром, чтобы встретиться с руководителями телевидения из филиалов CBS, для обсуждения возможности их трансляции «Дейтона-500» в прямом эфире, от отмашки зеленого до взмаха клетчатого флага. Встреча не была успешной.

    «Все люди из филиалов CBS, которым предстояло работать с нами, думали, что мы сошли с ума», — сказал Уолтрип. «Я никогда не забуду этот момент. Среди них был Джон Мэдден. Он только начинал свою карьеру в качестве футбольного аналитика. Я сидел с ним за одним столом. И всем этим людям смотрящим на Кена Сквайра и меня, как на полоумных, мы должны были доказать насколько замечательным мероприятием являются этапы НАСКАР, и какое это будет грандиозное событие, если они проведут трансляцию, и как оно изменит то, как люди воспринимают автоспорт. Мы встали, и Кен всем своим красноречием начал проталкивать эту идею. Потом пришла моя очередь. Я на тот момент был одним из самых обсуждаемых людей в гоночном мире, язык у меня был подвешен как надо, и я мог продать что угодно и кому угодно. Но в конце наших пламенных речей, на нас по прежнему смотрели, как на сумасшедших.»

    Даррелл Уолтрип занимается любимым делом

    Даррелл Уолтрип занимается любимым делом – Autoweek

    Если у кого-то и была возможность продать гонку этим скептикам, то это был Уолтрип. К тому моменту, ему только исполнилось тридцать два года, но он находился в расцвете своей гоночной карьеры.

    Уолтрип ворвался на сцену НАСКАР семь лет назад, и выкладывался на полную, как за рулем болида, так и при любой возможности дать интервью и поупражняться в красноречии. Его первая победа состоялась в мае 1975 года на автомобиле, который он сам построил, и с тех пор его способности в гараже и за рулем на трассе привлекали меньше внимания, чем его раздражающая привычка к неутомимой саморекламе. До тех пор, пока он не начал гоняться при надлежащей финансовой поддержке, уроженец Оуэнсборо, штат Кентукки, был известен скорее своей болтливостью, чем быстрой ездой. Однако к середине 1970-х годов Уолтрип стал подкреплять своё хвастовство победами. Он начал регулярно побеждать в 1977 году, когда он шесть раз заехал на «виктори-лейн», удвоив количество общее количество своих побед. В этом сезоне он даже управлял чужой машиной, не получая официального упоминания об этом в журналах рекордов, проехав последние двадцать три круга за Донни Эллисона в «Талладега-500», после того, как Эллисону пришлось сойти с дистанции из-за перегрева и истощения организма.

    Уолтрип сошел с дистанции после 106 кругов, когда двигатель в его «Шевроле» команды «Дигард Рэйсинг», приказал долго жить. Он бродил по гаражной зоне, думая о том, как поскорее покинуть трассу, когда внезапно услышал, как его вызывают по системе оповещения.

    «Я услышал свое имя и поспешил к боксу Донни», сказал Уолтрип. «Он изнемогал от жары. Поэтому я был рад помочь ему.»

    В НАСКАР такое частенько бывало. Ожесточенные конкуренты на трассе, гонщики, как было известно, помогали друг другу любым возможным способом после того, как их собственные шансы на победу были разбиты. Но только после этого и никак не раньше.

    Это был один из немногих ранних этапов его карьеры, когда Уолтрип действительно любил своих коллег-конкурентов. Но каждый раз когда перед его лицом появлялся микрофон для интервью, он забывал о хороших отношениях с кем либо, и был готов сказать что угодно, только бы поднять себя в глазах других. «Я заставлю этих людей забыть все о Ричарде Петти», — хвастался он однажды. Этот комментарий сам по себе был откровенно скандальным в спорте, в котором многие годы доминировала семья Петти и Ричард в частности. Начиная с 1979 года в «Дейтона-500», Ричард Петти одержал 185 побед — больше всех, кто выступал на тот момент в Кубке, и на 170 больше, чем Уолтрип мог противопоставить ему в то время.

    Несмотря на свои гораздо более высокие достижения, Петти был совершенно другим человеком перед телекамерами. Он всегда выглядел скромным, милым, казалось, его целью было продвижение всего спорта, а не своего имени. Уолтрип же, наоборот, больше интересовался похвалой своих собственных достижений, которая поначалу отталкивала как фанатов, так и других гонщиков.

    И все же Уолтрип не извинился за свою дерзость. Когда он появился в NASCAR, телевидение только начало оказывать огромное влияние на спорт. В то время как многим старожилам и даже многим новичкам в гараже не хватало понимания этого или они избегали внимания, потому что это было не их дело, Уолтрип хватался за каждый шанс занять центральное место. Другие гонщики, шутили, что каждый раз, когда он видел камеру в гараже, он видел возможность; но для Уолтрипа это была не шутка. Это был факт, и он с гордостью говорил, что не станет этого отрицать.

    Он также стал одним из величайших послов этого вида спорта, использовав свою популярность на пользу не только себе, но и всей серии в целом.

    «Я смотрел, как у других ребятами берут интервью по телевизору, и говорил себе:« Чувак, если бы они просто посмотрели в камеру, открыли рот и поговорили, возможно, люди узнали бы их самих и этот спорт немного лучше. «Может быть, они донесли бы свое послание»

    «Вот кем я решил стать. Я хотел быть послом для общественности, от нашего мира. И, чувак, всякий раз, когда включался красный свет на камере, я шел на работу.»

    Весной 1978 года Уолтрипа попросили помочь в переговорах с людьми, которых нужно было убедить, дать зеленый свет прямому телевизионному эфиру «Дейтоны-500» в следующем феврале. Уолтрип и Сквайр битый час распинались о том, какой захватывающей будет трансляция такого события, но руководители телевидения сидели там с каменным лицом, совершенно не убежденные.

    «Ни за что», — ответил один из них.

    «Три с половиной или четыре часа в прямом эфире в воскресенье днем? Никто не будет смотреть это », — сказал другой.

    У Уолтрипа были свои соображения на этот счет. «Возможно, они были правы, за исключением пары вещей, которые делали эту гонку интересной для зрителей, — сказал он несколько лет спустя. — Телевизионщики были обеспокоены тем, сколько времени потребуется, чтобы проехать 500-мильную гонку в Дейтоне. Потому что они знали, что это может занять пять часов. В то время нельзя было просто занять пять часов вещания в воскресенье днем. Они были действительно обеспокоены тем, начнется ли гонка вовремя, и закончится ли в рамках отведенного в эфире времени. И поэтому господин Франс гарантировал им, что гонка начнется вовремя, несмотря ни на что.»

    «Ну, и как ты думаешь, что мы увидели, после того как Франс пообещал им это? Мы приехали на трек в воскресенье утром, и идет дождь. Всю ночь шел дождь, в воскресенье утром шел дождь — и это перед стартом той гонки, которая должна была начаться вовремя, или сделка была бы отменена ».

    Многим из шишек в CBS и так не нравилась вся эта затея, и тот факт что их встретили ливневыми дождями, когда они прибыли на трассу в утро гонки, только усилил недовольство.

    «Мы ведь не должны платить телевизионщикам, если дождь не закончится, не так ли?» — спросил один из влиятельных руководителей Нил Пилсон, который помог договориться о сделке с CBS. «Нет, не должны. Но вы обязаны провести гонку.» — ответил представитель CBS. «Но если дождь не закончится, мы будем вынуждены провести гонку завтра. И трансляцию тоже придется перенести». После этого заявления, и без того недовольные лица работников канала, стали еще более хмурыми.

    Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

    Источник: Fun Formula

    Добавить комментарий

    Спасибо!

    Теперь редакторы в курсе.