Джон Мелоун, владелец “Либерти Медиа” – Bloomberg

Часть I. Кто владелец «Формулы-1»?

Болельщики «Формулы-1» делятся на две категории: для одних ответ на этот вопрос очевиден, а другие верят в возможность организации альтернативного чемпионата. Эта статья поддержит первых и удивит вторых. Начнём!

Согласно версии, транслируемой средствами массовой информации, чемпионат «Формула-1» был учрежден Международной автомобильной федерацией (ФИА) в 1950 году. Строго говоря, это неверно, потому что в 1950 году был учрежден Личный чемпионат мира (World Drivers Championship), преемник Чемпионата мира 1920-х и Чемпионата Европы 1930-х годов, а после прекращения его проведения, в 1981 году, ФИА был учрежден Чемпионат мира «Формула-1». Но, если вопрос о моменте учреждения чемпионата пока еще вызывает некоторые споры, то в вопросе об органе, учредившем его, никто не сомневается: «Формулу-1» учредила ФИА.

А вот для того, чтобы разобраться, по какому праву чемпионат мира учредила именно ФИА, придется разобраться, какими вообще правами она обладает и почему. ФИА (тогда АИАКР) была создана в июле 1904 года крупнейшими автомобильными клубами тогдашних государств. Эти клубы, столкнувшись с необходимостью контролировать автомобилизм не только на своих территориях, но и на международном уровне, объединились в ассоциацию, тем самым создав совместный орган международной власти. В дальнейшем национальные автоклубы, как и их международная ассоциация, претерпевали реформы и изменения, но, тем не менее, они существуют и сегодня в виде национальных автомобильных федераций, ассоциаций, комитетов, конфедераций. Рано или поздно, в каждой стране мира, деятельность этих федераций получила правовое основание — государственный закон, подзаконный или другой нормативно-правовой акт, принятый, как правило, министерством внутренних дел, органом контроля дорожного движения или министерством спорта, — которое давало им официальный контроль над автомобильным спортом. Например, в России Российская автомобильная федерация контролирует все аспекты проведения соревнований в дисциплине «автомобильный спорт» согласно приказу Министерства спорта о государственной аккредитации этой федерации.

Таким образом, власть ФИА основана на двух основных факторах: это власть национальных федераций на территориях своих государств, подтвержденная государственными властями, и совместное решение этих федераций об объединении в федерацию на международном уровне, с созданием, таким образом, единой международной власти и её безусловной поддержкой каждым членом.

Из этого, в частности, вытекает, что в мире автоспорта попросту не может существовать соревнований достаточно высокого международного уровня, которые не находились бы под контролем ФИА. Попытки создать такие соревнования были; болельщикам «Формулы-1» памятны такие «альтернативные чемпионаты», как WPDC, созданный ФОКА в 1980 году, GPWC, созданный ассоциацией производителей ГПМА (GPMA) в 2003 году, и безымянный чемпионат, о создании которого в июле 2009 года объявила ассоциация ФОТА. Почитатели американского автоспорта, конечно, помнят об истории серии КАРТ (CART), созданной в 1978 году в альтернативу чемпионату ЮСАК (USAC). Однако, КАРТ был внутринациональной гоночной серией и, несмотря на то, что «Белая книга Гёрни» отрицала власть федераций, не смог быть организован вне их юрисдикции, поэтому мятежные команды, выйдя из чемпионата ЮСАК, организовали КАРТ под контролем автоклуба СККА (SCCA), точно так же подконтрольного национальному комитету АККУС (ACCUS), члену ФИА. Чемпионат ФОТА вообще не был учрежден, ассоциация ограничилась заявлением о его создании и публикацией календаря. Чемпионат ГПМА дошел до стадии регистрации в Бельгии юридического лица-промоутера чемпионата, но никаких действий в плане спортивной организации оно не предприняло, и чемпионат также остался на бумаге. Дальше всего зашли Берни Экклстоун и Макс Мосли, в ноябре 1980 года объявившие не только об учреждении чемпионата, но и об учреждении собственной международной федерации, которая этот чемпионат санкционировала бы, не подчиняясь ФИА, а являясь её альтернативой. Это и была единственная возможность выйти из-под контроля ФИА; но привлечь на свою сторону национальные спортивные власти, расколоть ФИА, ФОКА не удалось, то есть: в мире попросту не было стран, которые допустили бы проведение «пиратских» гонок на своей территории.

После таких объяснений должно быть предельно ясен ответ на вопрос, кто же является владельцем «Формулы-1». Разумеется, это её учредитель, организация, твердо удерживающая контроль над чемпионатом и управляющая им на протяжении всех лет его существования — ФИА.

Документальное подтверждение этому легко найти в правилах и коммерческих соглашениях «Формулы-1».

Первое предложение спортивного регламента:

Преамбула Договора согласия:

Часть II. Но ведь владелец «Формулы-1» — тот, кто её купил!?

Этот вопрос также следует разобрать подобно. Дело в том, что ФИА организована как собрание членов (делегатов национальных федераций), и какие бы органы не существовали в её структуре, 99% из них работают по методу совещаний и голосований. Это вызывает ряд ограничений в работе ФИА: через какие бы реформы она не проходила, метод принятия решений остается коллективным, а это делает управление автоспортом неоперативным, негибким, непоследовательным и зачастую нелогичным. В ходе эволюции автоспортивных соревнований эти факторы привели к протестам со стороны участников соревнований, требовавших учитывать их мнение, как более объективное и оперативное. А нараставшие возможности монетизации различных аспектов соревнований — явление, которое принято называть коммерциализацией спорта — вызывали экономическое давление на все стороны, участвовавшие в автомобильном спорте. Всё это привело к появлению Берни Экклстоуна, как локомотива новых экономических отношений в «Формуле-1», конфликтам участников с организаторами гонок в 1967, 1972, 1975 и 1979 годах и, наконец, крупнейшему из них — конфликту ФОКА с ФИСА в 1980–1981 годах. В результате этого конфликта, согласно Договору согласия, ФОКА получила право получать плату как от организаторов гонок (те деньги, которые ранее назывались призовым фондом гонки), так и от других коммерческих отношений — телесъемки, продажи рекламы, пропусков на трассу и так далее. Взамен ФОКА брала на себя обязательство обеспечивать наполнение (из своих доходов) и распределение призового фонда.

С течением времени эта система немного изменилась: ФОКА распалась, а её права и обязательства перешли к коммерческой фирме «Ф.О.К.А. администрейшн лимитед», которой владел Берни Экклстоун. Таким образом, — и это очень необычное явление в организации спорта вообще, — организация соревнований не ограничивалась наличием организатора и участников, в ней появился третий принципиально необходимый элемент: держатель коммерческих прав, обеспечивающий участников и организатора финансовыми ресурсами. Именно с этого времени, конца 1980-х — начала 1990-х годов берет начало мифология Экклстоуна: слухи о его невероятных доходах, о его неограниченной власти, о его полном контроле над «Формулой-1». Он поддерживал общественное мнение о собственном могуществе. И к концу 1990-х годов, когда стало известно, что Берни Экклстоун планирует продать свой бизнес за невероятную тогда сумму в два миллиарда долларов, окологоночная общественность пришла к выводу, что Берни не только стал основным управленцем, но и захватил, и теперь продает, «Формулу-1». Раньше его называли «управляющий «Формулы-1», «глава «Формулы-1», «супремо» (с испанского — высший командир); теперь же стало очевидно, что он — владелец.

Ошибка заключалась в том, что Берни Экклстоун, разумеется, никогда не владел и не мог бы завладеть чемпионатом «Формула-1». Он пытался сделать это во время конфликта с ФИСА и, конечно, потерпел поражение. Он владел и продавал только свой бизнес в «Формуле-1» — акции компаний, которым ФИА дала право вести коммерческую деятельность в чемпионате, взамен взяв обязательство более половины прибыли направлять  призовой фонд чемпионата. Экклстоун — очевидно, он делал это сознательно — смешивал понятия «чемпионат как спортивное мероприятие» и «коммерческие фирмы, управляющие продажей прав на деятельность вокруг чемпионата» в один флакон, таким образом возвышая себя. Названия его фирм мимикрировали под название чемпионата: так, название фирмы «Формула уан менеджмент лимитед», которой коммерческие права принадлежали с 1985 по 2001 годы, буквально означает «Управление «Формулой-1»; а «Формула уан ворлд чампионшип лимитед», которой коммерческие права переданы в пользование начиная с 2011 года, прямо, дословно, почти полностью, повторяет название чемпионата. Созданная в 1995–1999 годах структура из нескольких фирм, занимавшихся коммерческой деятельностью в чемпионате и в конечном итоге принадлежавших Экклстоуну, называлась группой компаний «Формулы-1» (Formula One Group). И если не углубляться в объяснения, то вполне можно сказать, что Экклстоун, в общем, действительно владел несколькими фирмами под названием «Формула-1». Если говорить еще более упрощенно — он владел «Формулой-1». Так он и говорил. Естественно, не раскрывая подробностей.

Отсюда и появились разговоры, репортажи и статьи о том, что Берни Экклстоун завладел «Формулой-1», продал «Формулу-1», продолжает управлять «Формулой-1» и так далее. Все последующие владельцы акций компании-держателя коммерческих прав поддерживали эту терминологию. Группа Кирха, Банк Баварии, фонд СВС и «Либерти медиа» покупали не чемпионат мира «Формула-1», а группу компаний «Формулы-1», но назывались почему-то владельцами «Формулы-1» (Formula 1 owner), а Герхард Грибковски, Дональд МакКензи, Чейз Кэри именовались прессой не иначе как директорами «Формулы-1» (Formula 1 CEO). Почему за семнадцать лет никто из них ни в одном интервью не уточнил, чем именно они управляют, положив тем самым конец заблуждениям? Возможно, это не казалось им важным. Вероятно — для поддержания атмосферы собственной значимости.