• Летопись автоспорта
  • Финансовые итоги Ф1: бюджет «Мерседес» бьёт исторические рекорды, «Ред булл» отстаёт, «Уильямс» под угрозой

    Этот монумент был установлен в поместье лорда Марча на время очередного «Фестиваля скорости в Гудвуде» летом 2014 года. Именно тогда бюджет команды «Мерседес» устремился в небеса на фоне снижения бюджетов бывших обитателей Олимпа «Формулы-1». – GT Spirit

    Осень в «Формуле-1» — пора сбора урожая не только на полях итоговых таблиц и нивах трансферного рынка, но и на заботливо возделанных работниками умственного труда участках экономической отчетности. Всё дело в том, что в Великобритании — а именно там зарегистрированы все ключевые юридические лица «Формулы-1», включая шесть из десяти нынешних команд — на подачу отчетности отводится десять месяцев. И как раз в октябре регистрационный орган, который называется «Компаниз Хаус» (это вроде российской налоговой службы), принимает, сканирует и — с недавних пор — выкладывает в интернет последние финансовые отчеты. Эти непроходимо скучные документы раскрывают подробнейшую информацию, например, — если говорить о наиболее интересных для болельщиков данных, — о том, что принято называть бюджетами команд.

    Впрочем, само слово «бюджет» и то, как им оперируют СМИ, несколько неверно. Команды представляют из себя коммерческие организации с очень динамичной деятельностью, в которых финансовое планирование, конечно, существует, но является гибким. Иначе говоря, запланированные доходы и траты могут быть только приблизительными, а суммы, фактически полученные и затраченные командами, будут отличаться от запланированных. Поэтому, кстати, не имеют никакого смысла статьи типа «Стали известны бюджеты команд «Формулы-1», растиражированные по мановению руки Кристиана Зильта в марте этого года — это всего лишь неверно интерпретируемые оценочные данные. Единственный способ получить точные и верные данные — дождаться, пока отчетный год закончится, бухгалтера подсчитают фактические суммы, а затем эта отчетность будет сдана. Да, спустя почти год после окончания сезона она уже не актуальна для болельщиков, не привлекает внимания. Но зачастую анализ отчетности позволяет делать очень интересные выводы.

    Оборот команд «Формулы-1» в 2014–2017 гг (Companes House)

     

    Под бюджетом в данном случае понимается годовой оборот (выручка) юридического лица, зарегистрированного ФИА в качестве участника чемпионата «Формула-1», то есть деньги, которые были получены им в течение года. В «Формуле-1», как правило, выручка полностью тратится на основную деятельность, то есть производство гоночных машин, участие в гонках и зарплаты; кроме того, часто бюджет превышается, то есть команда тратит больше, чем заработала. Естественно, поскольку речь идет об отчетности английским государственным органам, в этом списке нет и не будет команд «Феррари» (отчетность которой вообще не выделяется из отчетности компании «Феррари»), «Заубер» и «Хаас». Многие команды (особенно «Макларен») имеют сложные структуры юридических лиц, которые занимаются различными аспектами деятельности, в таких случаях сложно или невозможно выделить отдельно бюджет гоночной команды, и приходится идти на некоторые условности.

    Как известно, призовые деньги в «Формуле-1» рассчитываются исходя из положения команд в Кубке конструкторов и выплачиваются в течение следующего сезона. Логично, что после хорошего результата в сезоне бюджеты команд на следующий год должны существенно вырастать. Однако, если в ряде случаев это заметно даже невооруженным глазом (например, в случае с «Уильямс»), то у некоторых других команд такой зависимости не наблюдается. Рассчитав коэффициент корреляции между местом команды и размером бюджета в следующем сезоне, можно определить в цифрах, насколько они взаимосвязаны, или какие команды наиболее зависимы от призовых денег. Так вот наибольшую корреляцию (то есть прямую и четкую зависимость) демонстрируют результаты и бюджеты «Форс Индии» (0,97), «Уильямс» (0,85) и «Мерседес» (0,79); наименьшую (то есть отсутствие зависимости) — «Ред булл» (0,30), «Макларен» (0,28) и «Лотус» («Рено») (0,00, полное отсутствие закономерности). Соответственно, первые команды формируют свой бюджет в основном из призового фонда и рекламных контрактов, цена которых зависит от результатов; последние же имеют в качестве основных источники доходов, не зависящие от результатов команды.

    Начнем рассмотрение бюджетов команд, начиная с самых бедных. В первых строках, вероятно, нужно упомянуть почившие команды «Мэнор» с бюджетом, колебавшимся от 26 до 60 миллионов фунтов, и «Кейтерэм», оборот которой достигал 46 миллионов. Их бизнес-модели были основаны на обещанном Максом Мосли ограничении бюджетов в 30 миллионов фунтов, а после отмены этих планов оказались совершенно неконкурентоспособны. В последние годы своего существования обеим командам за счет получения призовых удавалось увеличить бюджет до уровня «Форс Индии», но этих средств было недостаточно. Обе команды привлекали много заемных средств и были закрыты по требованиям кредиторов.

    Бюджет «Форс Индия», долгие годы бывший наиболее стабильно низким (44-48 миллионов фунтов) во всем пелотоне (исключая команды «Мэйнор» и «Кейтерэм»), в 2014 году начал рост и за три года вырос на 30 миллионов, или 76%. Рост бюджета отлично коррелируется с ростом результатов команды, что позволяет предположить использование бизнес-модели, раньше необычной, а сейчас используемой многими другими командами. Вероятнее всего, еще при покупке команды «Спайкер» Виджай Малья установил жесточайшее ограничение бюджета, составившее около 30 миллионов фунтов, превышение которого могло происходить только на сумму увеличения призовых выплат. Бюджет «Форс Индии» всегда оставался наименьшим из всех команд «Формулы-1», кроме «Мэнор» и «Кейтерэм»: так, уровень 77 миллионов фунтов, до которых бюджет увеличился в 2016 году, топ-команды впервые превзошли в 1998 году, а команды средней руки — в середине 2000-х годов. Однако эффективность расходования бюджета была наибольшей: отношение бюджета к количеству заработанных в сезоне очков составляло 400–600 тысяч фунтов за очко.  Тем не менее, к середине 2018 года рост долгов команды привел к искам от кредиторов и введению внешнего управления. В таких случаях законодательство разрешает не сдавать отчетность, поэтому бюджет команды за 2017 год остался неизвестным.

    «Уильямс» — единственная команда, акции которой свободно продаются и которая поэтому ограничена в управлении своими ресурсами, подчиняясь решениям акционеров. Это самая старая из английских команд, её показатели можно проследить вплоть до 1977 года. Команде Фрэнка Уильямса всегда были свойственны взлеты и падения, но, если в более успешные годы команда могла аккумулировать средства, чтобы спустя несколько лет возвращаться в борьбу за подиумы, то сейчас скачки бюджета «Уильямс» очень зависимы от выплат призовых. Падение бюджета в 2017 году — одно из самых крупных за всю историю команды; в деньгах самое крупное, но в процентах в 2006 и 2014 годах было ещё хуже. Тогда команду спасли Адам Парр, рента-драйверы, продажа акций и удачная покупка моторов «Мерседес». А сейчас мы знаем, что в 2017 году команда не улучшила свои результаты, а 2018 году они вновь снизились; поэтому, учитывая высокую зависимость команды от призового фонда, можно предполагать дальнейшие снижения бюджетов в 2018 и 2019 годах. На этом фоне понятно возвращение в команду рента-драйверов, но на этот раз дефицит бюджета может оказаться критическим.

    Команда «Лотус», как известно, жила на свете по доверенности от группы «Жении», обеспечивала свой бюджет за счет накопления внешнего долга и была продана за 1 фунт. «Рено» обеспечила необходимый уровень вливаний, вернув бюджет команды на уровень 120–130 миллионов долларов, характерный еще для чемпионского периода 2005–2006 годов — правда, тогда это был наибольший бюджет в пелотоне, а сейчас, с учетом инфляции, минимальный для борьбы в средней группе. Вероятно, политика «Рено», как и во времена Бриаторе, состоит в предоставлении команде бюджета, достаточного для борьбы за 4–5 места, и выжидании шанса на прорыв в топ-3. По крайней мере, в период 2014–2017 годов зависимость бюджета от результатов не прослеживается вообще, что говорит о формировании бюджета искусственно, исходя из каких-то субъективных соображений.

    Команда «Торо Россо» базируется в Италии, поэтому не должна была быть представлена в этом сравнении. Однако она ведет деятельность в Великобритании (в Бичестере базируется отдел аэродинамики), поэтому в «Компаниз Хаус» отправляются копии итальянских отчетов, из которых также можно установить оборот команды. Естественно, они указаны в евро и, ради возможности сравнения, переведены в фунты. «Торо Россо» обладает бюджетом на уровне средней группы команд («Уильямс», «Рено» и, вероятно, «Хаас»), но, в отличие от них, результаты команды стабильно ниже. Зато бюджет «Торо Россо» — самый стабильный.

    В качестве команды «Маларен» выступает фирма «Макларен Рэйсинг», однако в её оборот включаются не только доходы и расходы гоночной команды, но и еще нескольких подразделений, например, производство машин класса «гран-туризмо» и студия анимации. К сожалению, эта структура не даёт возможности точно выделить бюджет гоночной команды; однако можно условно считать, что он составляет наибольшую долю из оборота этой группы компаний.  Так вот, бюджет группы «Макларен» — самый малорастущий, за 3 года он вырос всего на 10%, из которых 5 съела инфляция. Более того, бюджет «Макларен» топчется между 150 и 200 миллионами фунтов с 2009 года, то увеличиваясь на следующий год после удачного сезона, то откатываясь обратно. В своё время Рон Деннис ввел бизнес-модель, согласно которой ресурсы аккумулировались перед сезоном, в котором изменялся технический регламент; сейчас же целью руководства «МакЛарен», очевидно, является стабильность. В 2017 году, после относительно успешного шестого места в Кубке конструкторов 2016 года, бюджет команды вновь вырос, но магического рубежа в 200 миллионов так и не преодолел. Как можно легко догадаться, бюджет «Макларен» — самый неэффективный во всём пелотоне: в 2017 году каждое очко обошлось команде в шесть с половиной миллионов долларов (в десять раз дороже, чем «Форс Индии»).

     

    В отличие от моторостроительного отдела «Мерседес» и отделов «Макларен» и «Уильямс», которые хотя и структурно связаны с командами, но не занимаются производством шасси, а зачастую заняты вообще сторонним бизнесом, структура «Ред Булл» такова, что часть функций по производству машины передается родительской фирме «Ред Булл Текнолоджи», которая, таким образом, участвует в основной деятельности команды «Ред Булл Рэйсинг». Поэтому при оценке бюджета «Ред Булл» правильней учитывать их объединенный бюджет (который указывается в отчетности «Ред Булл Текнолоджи»). Этот бюджет, начиная с 2007 года ,был одним из крупнейших, а после резкого падения бюджетов вследствие ухода автопроизводителей в 2009 году оказался наибольшим в пелотоне и начал свой рост вслед за ростом результатов команды в Кубке конструкторов, в 2013 и 2014 годах перешагнув 250 миллионов фунтов и обновив исторические рекорды. Напомним, что в 2013 году «Ред Булл» стала первой командой, вышедшей из соглашения об ограничении ресурсов, что привело к развалу ассоциации ФОТА. Несмотря на падение результатов в 2015 году, «Ред Булл» удалось удержать бюджет на приемлемом уровне (больше всех других команд, кроме «Мерседес» и, возможно, «Феррари») и, после получения выплат за второе место по результатам 2016 года, приблизиться к рубежу в 300 миллионов фунтов. 291 миллион фунтов — это тоже исторический рекорд бюджета команды «Формулы-1», но «Мерседес» шагнул еще дальше.

    Когда «Мерседес» купил команду «Брон», её бюджет оставался на довольно скромном уровне, существенно ниже «Макларен» и «Ред Булл» и на уровне «Уильямс» или даже «Лотус», до 2013 года. В 2014 году, увеличившись на сумму призовых за второе место 2013 года, он подрос, а после победы в чемпионате вырос в полтора раза и устремился в небеса. За три чемпионских года выручка команды увеличилась в 2,3 раза, быстро оставив позади всех соперников и в 2016 году впервые в истории побив исторический рекорд бюджета (264 миллиона фунтов «Ред Булл» в 2014-м), а потом и недостижимую планку в 300 миллионов фунтов. В 2017 году бюджет «Мерседес» в 4 раза превышал возможности «Форс Индия», в 2,5 раза — «Уильямс», «Торо Россо» и «Рено», в 1,5 раза — «Макларен», и лишь «Ред Булл» отстает не намного. Случаи столь стремительного роста бюджета истории известны — еще не так давно сходную динамику демонстрировала «Ред Булл», — но в абсолютных цифрах «Мерседес» побил все рекорды.

    С моторостроительным отделом «Мерседес» (бывшей фирмой «Илмор») ситуация обстоит иначе. Его бюджет был резко увеличен до уровня 120–150 миллионов фунтов еще в 2011 году, сразу после принятия Всемирным советом ФИА решения о введении в 2014 году турбомоторов, и оставался стабильным все годы и до 2014-го, и после. Только в 2014 году оборот Брэкли превысил оборот Бриксуорта. Самое интересное произошло  в 2017 году: в то время как бюджет гоночной команды вырос на 48 миллионов, бюджет моторостроителя впервые за шесть лет резко увеличился на 52 миллиона. Как в деньгах, так и в процентах это наибольшее увеличение бюджета в 2017 году. Очевидно, «Мерседес» таким образом начал готовиться к смене технического регламента на двигатели в 2021 году — ведь их конфигурация была утверждена еще в мае 2017 года.

    В сумме же обе фирмы «Мерседес», участвующие в «Формуле-1», в 2017 году имели оборот в 529 161 000 фунтов, что составляет примерно 5% оборота английского отделения «Даймлер». Прямо скажем, это небольшие деньги за столь впечатляющие рекламные и репутационные возможности.

    Рассматривать документы команд можно бесконечно: провести финансовые анализы, разобрать организационные структуры, найти реальных владельцев, иногда можно раскрыть суммы сделок (в том числе с гонщиками), рассмотреть бюджеты в исторической перспективе, разбирать последние изменения отчетности. Жаль, что этим некому заняться в промышленных масштабах…

    Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

    Источник: Сергей Мингазов

    Добавить комментарий

    Спасибо!

    Теперь редакторы в курсе.